СТАТИСТИКА





megablog.ru - Мегаблог мегаНастроения
  
  

Лидер группы "Ногу свело" Максим Покровский о социальном фашизме в России


"Моя идеология - это отсутствие идеологии"

Максим Покровский, сын известного спортивного тележурналиста Сергея Покровского, вполне мог стать писателем, актером, политологом или бизнесменом. У него в кармане - диплом МАИ, он свободно владеет английским, прекрасно ориентируется в вопросах политики, экономики и литературы. Но Покровский предпочел всему вышеназванному карьеру музыканта и не просчитался: уже более 15 лет он и его группа "Ногу свело" занимают ведущие позиции в шоу-бизнесе. Скоро на экраны страны выходит фильм Евгения Лунгина (не путать с Павлом Лунгиным) "Москва-Шаверма", где снялись все музыканты "Ногу свело", а Максим Покровский впервые попробовал себя в качестве композитора полнометражной киноленты.

- Для вас важно быть модным человеком, писать модную музыку?

- Конечно, я хочу быть модным с точки зрения того, что быть архаичным неинтересно. Нужно быть в деле. Необязательно быть на острие моды, необязательно молодиться, но числиться в сводном "чарте" тех, кто сегодня "на слуху", я, конечно, хочу!

- Вы на виду и на слуху больше 15 лет, и столько же на виду и на слуху тот факт, что вы женаты на одной и той же женщине. Модно ли быть единожды женатым?

- Как-то раз мы с женой были в отпуске и увидели замечательную картину. Ехал открытый 129-й "Мерседес". А в нем сидели двое ухоженных людей, производящих катастрофически приятное впечатление. Им на вид было лет по 60: у них были совершенно особые выражения лиц, совершенно особые складки на лице, которые образуются после того, как люди прошли вместе сколько-то лет. И создалась почти идиллическая картина, которую мы рисуем с женой для самих себя. Мы как бы воочию увидели то общее дыхание, которое отражается прежде всего на лицах и потом на всем остальном: на пластике, в одежде и так далее. Я говорю о самом красивом состоянии внешности человека. Это крайне модно и незаменимо.

- Максим, давайте поговорим не о музыке, а о том, что происходит сейчас вокруг закона о монетизации, который многие уже называют социальным фашизмом, надругательством над пенсионерами и так далее. Вы поддерживаете правительственную политику или же вам ближе позиция тех стариков, которые утверждают, что государство в очередной раз их обворовало?

- Я отвечу так. На строительном рынке, где торгуют всем - рубероидом, красками, древесиной, камнем, фурнитурой и чем угодно, - самые большие деньги делаются на мелочах: на гвоздях и на шурупах, то есть на мелочевке. Это правило. Одна из моих любимых книжек - это "Менеджер мафии", где говорится о том, что отнимать или выманивать большие суммы у богатых не очень эффективно. Эффективно брать у людей среднего достатка и у бедных. Грубо говоря, брать массовостью. Комментировать закон о монетизации я не готов, потому что не владею всей необходимой информацией. Я в последние дни практически не смотрю новостные программы. Но забирать у бедных с точки зрения бизнеса - понятная история, это эффективный бизнес-план.

- За последние годы ни один подобный бизнес-план эффективным не оказался. Цены растут, а уровень жизни населения падает.

- Отбирать что-либо: силы, деньги или нервы - можно лишь до тех пор, пока они есть, то есть пока есть что отбирать. А уж как мучается жертва, совершенно не волнует того, кто мучает жертву! Если операция по отбиранию средств из карманов населения приносит доход - она будет проводиться еще и еще раз, пока не прекратит приносить необходимые плоды. Только тогда процесс остановится.

- Но когда водитель иномарки, устав буксовать из-за пенсионеров, перекрывших дорогу, выходит к ним объясняться, а они бьют его (только потому, что он имеет иномарку, а они не имеют ничего) - это ужасно. И еще ужаснее, что, сев в машину, водитель мгновенно превращается из жертвы в мстителя и насмерть давит одного из бунтующих стариков. Это уже пахнет гражданской войной, а не эффективной политикой.

- Вы меня чем сейчас хотите поразить? Масштабами скотства?

- Я хочу всего лишь спросить, что вы об этом думаете. Если вы, конечно, не побоитесь ответить, потому что сегодня мало кто решается иметь какую-либо гражданскую позицию.

- Единственное, что я могу сказать: мы живем в такое время, когда какие-то страшные вещи не вызывают у нас недоумения, потому что они происходят сплошь и рядом. Наверное, произошло очередное безобразие. Но с точки зрения бизнеса, к сожалению, ничего не произошло, потому что если появился дополнительный шанс получить прибыль - ее получают. Ведь по законам рыночной экономики все мы именно так и зарабатываем. А остаемся ли мы при этом людьми - вопрос открытый!

- Наверняка вы помните далекие советские времена, когда интеллигенция в кухонных беседах обсуждала произведения Солженицына, и все, что было связано со словами "диссидент" и "андеграунд", вызывало у многих пьянящее чувство восторга. Вы не ностальгируете по тем временам?

- Если я по чему и ностальгирую, то по большой стране, которую сломали. Все-таки можно было как-то договориться и существовать одной большой страной. То, что я говорю, не имеет никакого отношения к гражданской позиции или к идеологическим убеждениям. Это обычное понимание того, что крупное объединение, которое годами существовало, было не таким плохим и не таким убыточным, как его "малюют" сейчас. Что касается настроений, в том числе и диссидентских, я почему-то от этого очень далек. И не потому, что я против диссидентов. Просто я - другой. Я объясню, что значит "я другой" - я до мозга костей практик. Я начинал свою деятельность с того, что сам искал репетиционную базу, потом сам уговаривал работяг сварить мне "клетку", в которую клал недорогие усилители, сам заколачивал окна фанерой, чтобы шум из репетиционной базы не доносился до соседних домов. Я проделал грандиозную работу. То есть я хочу сказать, что свою судьбу я сделал своими руками. Если не считать моих родных и музыкантов группы "Ногу свело", с которыми мы начинали, - я не обязан никому. За многие годы я привык с доверием относиться к людям дела. А к тем, кто машет палками и лозунгами - я сейчас говорю ни в коем случае не о пенсионерах, - к их словоблудию я отношусь не очень хорошо, так скажем. Мне совершенно непонятны абстрактные призывы к борьбе с государственными силами зла. Я не обладаю информацией - каковы глобальные планы глобальных сил, руководящих нашей страной. Я даже не знаю, какие глобальные силы руководят нашей страной. Эту информацию мне никто не дает. Наверное, я не слишком эрудированный человек. Да я и не стремлюсь к тому, чтобы узнать все это. Для меня важно качественно делать свое дело: писать музыку, показывать свою физиономию на телеэкране, записывать диски. И возвращаясь к вашему вопросу о том, как я отношусь к закону о монетизации, я могу, ничего и никого не боясь, ответить, что если бы я был бизнесменом, то относился бы к нему с уважением, потому что он эффективен. Как человек я отношусь к нему странно, потому что он негуманен. Если бы я был альтруистом и хотел помочь пенсионерам, если я хотел бы каким-то образом этому антигуманному закону противостоять - значит, я, как человек дела, должен был бы создать собственную организационно-финансовую схему, которая на практике заработает. Но ходить по улицам, выражая свое мнение в общественных выступлениях, - это не для меня.

- Вы могли бы назвать себя интеллигентом?

- В узком смысле слова, называй не называй, я им являюсь, так как я получил высшее образование. В широком смысле слова я не имею права называть себя интеллигентом, да и вообще как-либо, пускай меня назовут другие.

- А как вы относитесь к пребыванию интеллигенции в шоу-бизнесе? Это не противоположные друг другу вещи: интеллигент и шоу-бизнес?

- Вот к чему я отношусь плохо, так это к пребыванию люмпен-пролетариата в шоу-бизнесе и к культивированию люмпенских эстетических взглядов в шоу-бизнесе. На мой взгляд, самая интеллигентная составляющая в шоу-бизнесе - это публика. Таким образом, я, конечно, немножко делаю реверанс в сторону зрителей, подлизываюсь к ним. Но если и делаю это, то с большой любовью к публике, которую многие почему-то считают уродливой.

- Кто считает?

- Те, кто хочет заработать деньги, продавая примитивный отечественный продукт. Они выбирают самые легкие и незамысловатые пути для получения прибыли, потому что на сегодняшний день легче продать простенький музыкальный продукт, для восприятия которого не нужно, чтобы раздражалось большое количество рецепторов. Но это не мне решать - экономика все расставит по своим местам и решит все спорные вопросы. Просто жалко, что мало профессионалов, мало качественной музыки и очень мало тех людей, которые хотят оставить за музыкой статус искусства. Что же касается абсолютно прямого ответа на ваш вопрос - к пребыванию интеллигенции в отечественном шоу-бизнесе я отношусь с преклонением! Мне, например, очень жаль, что активно не пребывает в шоу-бизнесе такой интеллигентнейший человек, как Петр Мамонов. Я счастлив, что перед долгожданным выступлением группы "Звуки Му" по всей Москве висят билборды. Их много, и они висят давно. Значит, в эти билборды вложили нормальные деньги. Значит, по достоинству оценили концерты Мамонова.

Я отношусь с преклонением к пребыванию в шоу-бизнесе таких групп, как "Моральный кодекс", "Браво". Слава богу, существует "Машина времени" и Андрей Макаревич; слава богу, что существует такое искусство, которое при общем катастрофически низком уровне отечественной музыки заставляет все-таки кого-то и когда-то трепетать.

- Давайте уточним. Музыканты и группы, которые вы называете, - это интеллигенция или интеллектуалы?

- Для меня в данном случае разница между интеллигентным и интеллектуальным человеком пренебрежимо мала. Если интеллигенты и интеллектуалы находятся в шоу-бизнесе на таких должностях, как менеджер или продюсер, режиссер, издатель, музыка только выигрывает. Желательно, чтобы не только музыканты, но и управленцы были бы интеллигентными людьми, которые умеют интеллигентно работать. Да, в шоу-бизнесе надо быть еще и акулой, потому что идет борьба. Но, на мой взгляд, быть интеллигентным человеком и быть акулой - это вполне совместимо.

- Как вы относитесь к новому проекту продюсера Ивана Шаповалова под названием "Nato", в котором активную роль играет якобы новая мусульманская идеология (так ее назвал в одной из телепередач Алексей Митрофанов). Cолистка и лидер группы - это женщина в хиджабе, с шахидским поясом, которая поет что-то в восточном стиле, эдакая отечественная Наташа Атлас. Но поет на фоне новостей "Аль-Джазиры". Причем в пресс-релизе, посвященном концерту, написано, что "презентация будет представлять теракт-концерт - музыкальную террористическую операцию, исключающую какое-либо заигрывание со зрителем".

- Во-первых, я ничего об этом проекте не слышал и могу судить о нем только из ваших слов. Во-вторых, Шаповалов - сильный продюсер. Успех группы "Тату" - это международный успех. Он сделал очень серьезный бизнес. Находясь в Панама-Сити, я по местному радио слышу "Тату". Это, согласитесь, мощно! Но для меня до сих пор вопрос - насколько велика в успехе "Тату" заслуга Шаповалова? Я подозреваю, что очень многим "Тату" обязаны российскому отделению Universal, которое осуществляло далеко не только техническую и бумажную работу. Ими много было сделано, очень много. Теперь что касается нового проекта. Вас интересует мое мнение: хорошо ли это? Правильно ли это? Но в данном случае мой ответ не важен. Важно, как ответит общество. Если наше гражданское общество ответит на это камнем в лицо, значит - это общество животных, которое достойно такого продукта. Если общество ответит молчанием и проект провалится, потому что у него не будет прибыли, значит - это обладающее иммунитетом, сильное общество, которое в состоянии интеллигентно отреагировать на все, мягко говоря, сопутствующие музыке "Nato" постановочные шоу-эффекты. Если же общество будет это покупать, то могу лишь развести руками и предположить одно из двух: либо этот продукт имеет право на жизнь и сила искусства, бьющая из него, столь высока, что этой идеологии повезло, ведь родился такой человек, который сделал из нее продукт и смог покорить им всю страну. Либо у нас такой бескостный народ, которому наплевать на себя, который, поддавшись на очередной дешевый трюк, роет себе интеллектуальную и моральную яму! Но раз народ сам идет на все это - значит он всего этого достоин. Причем я сейчас народ обижать не хочу. Если наш народ такой, то пусть он будет таким. Я не хочу обсуждать народ и не хочу народ спасать! Я не спаситель. И не мессия. Моя идеология - это отсутствие идеологии. Для меня главное - в лучшем случае талантливое и профессиональное исполнение своих песен. Но народ свою судьбу должен решать сам, и пусть он делает что хочет! Для меня есть аксиома: если народ смотрит и любит какую-то телевизионную передачу - не надо ее ругать, называя плохой. Если народу нравится - то пусть он ее смотрит!

- То есть вы как бы говорите мне: "Не вталкивайте меня ни в какую борьбу"?

- Да, не вталкивайте. Я не буду бороться! Это глупо и неэффективно!

- А за публику вы боретесь? За аудиторию, которую у вас отхватывают люмпены и всевозможные эпатажные проекты вроде "Nato"?

- Борюсь, но в самом начале я расставил все точки над "i". Я сказал, что не буду махать палками и стоять с лозунгами. У меня другой путь. У меня есть против чего бороться - против серости в радиоформате, в телеформате и так далее. Проект Шаповалова, может быть, идеологически и противоречив, но - это, судя по вашим описаниям, яркая вещь. Куда хуже серость, которую культивируют. Причем культивируют не масоны и не ЦРУ, а те, кому так легче зарабатывать деньги. Серости необходимо что-то противопоставлять. Я, простите за наглость, являюсь противовесом серости, потому что не умею на потребу работать. Я катастрофически не умею писать "серые" песни.

- У вас бывают депрессии?

- Нет, депрессий у меня практически не бывает, а если вдруг случаются какие-то легкие формы этого "заболевания", то я их сознательно переношу "на ногах". Для меня вообще крайне важна стабильность. Мне нужна нормальная атмосфера.

- В чем или в ком вы сегодня наиболее остро нуждаетесь?

- Мне нужна команда управленцев, которая будет мне строжайшим образом подчинена, которая будет эффективно работать (усмехается), но я создаю эту команду плохо, потому что сам отвратительный управленец.

- Скажите, а насколько эффективны ваши взаимоотношения с творчеством? Вы в состоянии управлять творческой составляющей вашей команды?

- (Смеется.) А творческая составляющая живет сама. Это капризная, но в то же время, слава богу, верная мне составляющая. Музыка решает, когда она ко мне придет, а не я - это факт!

Елена Кутловская
Независимая Газета
www.ng.ru
4 февраля 2005