СТАТИСТИКА





megablog.ru - Мегаблог мегаНастроения
  
  
0-9# A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z РОССИЯ

The Streets. Однажды в Америке

The Streets Может, янки и не всегда понимают, о чем поет The Streets, но это не мешает им сходить с ума от Майка Скиннера.

Я сделал слишком много, - напевает Майк Скиннер, - слишком много слишком молодым..."

За сценой чикагского клуба Double Doors слова Скиннера отскакивают от изграффиченных стен. Для начала, "Too Much Too Young" - песня двадцатилетней давности, написанная The Specials. Это одна из тех групп, с которыми Майка (или, как он привык подписываться, The Streets) часто сравнивали за прошедший год. Как у и The Specials, у Майка характерный английский взгляд на жизнь: он воспринимает происходящее на кишечном уровне кебабных, заполонивших пригороды септического острова Великобритания. Как и они, Майк из центрального графства. Кроме того, в 23 года он уже побывал в туре по США. А это далеко, очень далеко от дома.

В прошлом году Майк был повсюду. Как и предсказывал NME, дебютный альбом The Streets "Original Pirate Material" стал национальным достоянием и покорил не только фанатов UK garage: даже Дэвид Боуи и Дейв Гилмор из Pink Floyd признались, что преклоняются перед острым языком Майка.

В конце 2002-го, после того как "Original Pirate Material" вышел и в Америке - на лейбле, открытом журналом Vice, - все случилось как раз так, как мы вам и говорили, захлебываясь от эйфории ("Слабые станут героями, и звезды выстроятся в ряд").

Теперь тот "ребеночек", которого Скиннер, наяривая безумные хаус-песни ради прикола, планировал держать при себе, гуляет по всему миру. А Майк жутко напуган тем, во что превращается его жизнь. "Альбом, тур - это настоящие крысиные бега. Я хочу всегда быть креативным, по-настоящему креативным. А крысиные бега вроде как могут этому помешать, понимаешь?"

Самым тяжелым периодом прошлого года для Майка стала первая неделя после выхода "Original Pirate Material".

"Я тогда подумал, типа: "Что дальше?", - говорит он меланхолично. - У меня прошел голод, я уже поэкспериментировал со всем, с чем хотел. Я вложил весь свой мир в этот альбом, я провел годы, подтягивая и подтягивая его. А следующий альбом -это в первую очередь вопрос бизнеса.

"Too Much Too Young"... По-моему, надо сделать кавер на нее, как думаешь? Это будет интро на новом альбоме!"

Но не все так глухо и мрачно. В пятницу вечером мы встречаемся с ним в баре чикагского отеля "Аллегра", и оказывается, что Майк "Слишком-Много-Мое-Второе-Имя" Скиннер не спал со среды. Вчера он и его команда отыграли триумфальный концерт в Лос-Анджелесе, после которого была афтерпати. Они тусовались всю ночь с девками на задних сиденьях кабриолетов. В разгар вечеринки одна из них сообщила, что ей нравится, когда на нее писают сверху. Скиннер с друзьями порадовались, но отказали. Майк цедит минералку из бутылки с надписью "Кристальный гейзер" и с удовольствием демонстрирует нам этикетку. На нем вчерашняя одежда, которая также станет и завтрашней: темно-синяя кепка Nike, подвернутые темно-синие треники Adidas, белые техно-кроссовки Nike (без носков), серый шарф, перчатки, купленные на улице, и серебряные украшения (часть которых сделана его сестрой). Он танцует прямо в кресле под ужасный хаус, звучащий из динамиков в холле отеля. У него бледная кожа и невероятно грустные глаза. Несмотря на похмелье, Майк в хорошем настроении. Он радостно сообщает, что придумал фишку - курить на сцене в залах, где курить нельзя, и поссорился по телефону с журналистом из американской библии шоу-бизнеса Entertainment Weekly (что, впрочем, не помешало этому изданию поставить высший балл диску "Original Pirate Material"), а также рассказывает о своем туре по Австралии вместе с Oasis: "Ноэл нормальный, он реально смешной - как чувак из кукольного театра". Кроме того, он дает замечательную характеристику Полу Окенфолду, чье "мудацкое суперзвездное позерство" - полная противоположность The Streets, и сплетничает о другой звезде танцевальной сцены, чья любовь к кокаину окончательно вышла из-под контроля. ("Каждый раз, когда он меня видит, он спрашивает, нет ли у меня чего с собой. Хотя он никогда не выглядит счастливым под кайфом".)

Скиннер не прочь поговорить о себе и о той безумной атмосфере, в которой он теперь живет.

В прошлом году ты стал секс-символом, так?

"Выходит, так... Не думаю, что дело во мне. Это из-за того, что я в телике".

Как-то пользуешься этим?

"Нет, у меня есть девушка. Мы начали встречаться как раз в ту неделю, когда вышел альбом. И это меня взбодрило. Я познакомился с ней на концерте Chemical Brothers".

Ты всегда нравился женщинам?

"Нет. Язык у меня хорошо подвешен, но я не дамский угодник, если честно. Мне нравится, когда есть девушка. Не в смысле, что я какой-то писюн: "ах, девочки", - просто это удобно. Я думаю, что когда ты находишь женщину и остаешься с ней - это действительно стоящая вещь. Беспорядочный секс - это, по-моему, просто компрометация самого себя. Играть концерт, трахать девчонку, потом снова играть концерт - это какая-то жизнь животных".

На следующий день хорошее настроение Майка испаряется. Он плохо спал, он скучает по своей девушке (которая, по его словам, то и дело включает горестную песнь Oasis "Half The World Away", чтобы вспомнить о любимом), а еще он вне себя, потому что отменил пару интервью американским изданиям ради фотосессии для NME.

"Как там называется эта песня Nirvana, "I Hate Myself And Want To Die"? - ворчит он. - Это как раз то, о чем я подумал сегодня утром".

Первое место съемок - мост с небоскребами на заднем плане. Сначала Майк отказывается туда лезть, но потом все-таки решается. Высота примерно 15 метров, внизу - шоссе.

"Интересно, если упадешь - разобьешься? - размышляет вслух Майк, забираясь на мост. - Наверное, получится хорошее фото..." Затем он позирует на краю дороги с мобилой, крича в нее: "ДА, Я В АМЕРИКЕ! ТУТ ДЕРЬМОВО!"

По пути к следующему месту съемок, в такси, взятом нами на несколько часов, Майк то погружается в мрачный самоанализ, то добродушно острит. Он размышляет о том, было ли со стороны Radiohead западлом по отношению к фанатам записать такую дрянь, как Kid А, где нет ни одной мелодичной песни, и неожиданно приходит к выводу, что нет - не было. Внезапно Скиннер начинает импровизировать: "Моя спина не так пряма, как надо, / Мои глаза почти не открываются". И, хотя Майк терпеть не может, когда его называют поэтом или, еще хуже, артистом ("Артисты все дрочилы, а я не дрочила"), он не просто талантливый ремесленник, каким пытается себя представить.

"Он как футболист, - говорит его менеджер Тим Вигон пару дней спустя. - Он не знает, как у него это получается".

Майк, весьма скептически относящийся к суете шоу-бизнеса, был уязвлен прошлогодним провалом на Mercury Prize. Вообще-то Скиннер не хотел идти на церемонию, но в рекорд-компании сказали, что в таком случае он уж точно ничего не выиграет. Как бы то ни было, Майк считает, что выставил себя на посмешище. Когда Джулс Холланд объявил, что номинацию, в которой участвовал Скиннер, представит "Феликс Бертон" из Basement Jaxx, и дело дошло до The Streets, Майк только и сказал: "Его фамилия - Бакстон!". Скиннер ужасно хотел выиграть, поэтому, когда выяснилось, что награду получит Ms Dynamite, весь зал смотрел на него. По крайней мере, так утверждает сам Майк. Он постоянно возвращается к этой теме и становится похож на параноика.

"Я теперь знаменитость, - говорит Майк. - Когда моя девушка поступила в Брайтонский университет, мы пошли на специальную вечеринку для новичков, и там все подходили к нам и заговаривали. Понятно, что никто ничего плохого не хотел, но создавалось такое чувство, будто за нами следят. Или, например, поболтаю я после концерта с какими-нибудь девчонками, а потом захожу на сайт и вижу: "Ой, я вчера разговаривала с Майком, он сказал то-то и то-то". И вообще, так это странно - в интернете меня не только обсуждают, но и цитируют. И поскольку этого становится все больше и больше, я вроде как ухожу в себя".

В связи с уходом в себя Скиннер резко сократил употребление наркотиков, о котором постоянно упоминал в "Original Pirate Material".

"Я не хочу компрометировать себя, напиваясь или набираясь наркоты до отвала башки, - говорит Майк. - Еще несколько лет назад если я шел в клуб, это означало, что я обдолбаюсь вус-мерть и буду сидеть в углу, как лох. А потом пойду домой, приду в себя - и никто обо мне даже не вспомнит. Но теперь я The Streets, и если в клубе у меня съедет крыша и я столкнусь с какими-то людьми, единственное впечатление, которое у них сложится, - "а-а-а, это тот самый позорный чувак без башни".

Много ли кокаина ты сейчас принимаешь?

"Нет. Кокаин - это нормально, но каждый раз, когда я его занюхиваю, я удивляюсь: зачем я это делаю? И к тому же он превращает тебя в идиота: ты становишься слишком самоуверенным, и в результате разрушается творческое начало. Просто перестаешь осознавать, хорошо ли то, что ты делаешь в данный момент".

На что похож крэк?

"Бля, он злой. Злой. Похож на кокаин, но намного хуже. Вместо того чтобы сказать людям: "Где бы нам достать еще немного кокаина?", ты говоришь: "Я пошел за добавкой". Крэк убивает чувство контроля. Я не осуждаю людей, сидящих на крэке или героине, но в то же время не доверяю им".

Когда ты в последний раз принимал героин?

"Я не хотел бы это обсуждать. У меня все-таки есть племянники. Я и так жалею, что болтал об этом раньше. Просто слушай мой альбом, и пусть он будет для тебя немного загадочным. Я не напрягаюсь по этому поводу, просто становлюсь старше. Я чувствую ответственность перед своей семьей".

Alex Needham,
"New Musical Express - Russia",
№ 17, 2003,
11 августа 2003

0-9# A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z РОССИЯ