СТАТИСТИКА





megablog.ru - Мегаблог мегаНастроения
  
  
0-9# A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z РОССИЯ

Nick Cave. Ник рок-н-ролл

Nick Cave География Кейва

Кейв обязан четырем странам. Он был рожден в Австралии 22 сентября 1957 года от союза библиотекарши и учителя словесности и математики, учился в тамошнем арт-колледже и вовсю горланил песню Элиса Купера «I’m 18», хотя ему в ту пору уже минуло 20 и он уже свел знакомство с Анитой Лейн. (Последняя, к слову об арт-колледже, до сих пор считает его грандиозным несостоявшимся живописцем.) Здесь он пережил гибель отца, здесь он пристрастился к героину. Сюда он постоянно возвращался — писать альбомы и спасаться от губительных дл}| всякого джанки европейских зим. Он съехал с континента в год смерти Высоцкого под влиянием не лучшей пластинки Боба Дилана «Slow Train Coming». Из Австралии он впоследствии вытащил превосходного скрипача Уоррена Эллиса. На похоронах другого виднейшего антипода Майкла Хатченса (с которым они в свое время на паях владели кабаком) он с чувством пропел «Into My Arms».

Следующей остановкой стал Лондон — время цветения чернобровой пост-панк-гот-ассамблеи The Birthday Party. Но Лондон, как известно, город дорогой, а за дадаистские игрища вроде « Zoo Music Girl» тогда много не давали. Бэнд гнездился в сквоте, Ник мыл посуду и собирал мусор в парках, за что получал законные десять фунтов в день. Спустя пару лет, будучи уже более или менее состоявшимся музыкантом и абсолютно состоявшимся наркоманом, Кейв рейсом через Будапешт вылетел в Берлин.

В этом городе Birthday Party благополучно разлетелись на куски, ибо Нику в то время дико надоел постпанк и полюбился странный старинный блюз. Но с самим Ником здесь стряслось все самое наилучшее и главное — в Западном Берлине он собрал свой лучший и умнейший бэнд The Bad Seeds; накропал четыре классических альбома, написал роман, снялся у Вендерса и обрел форму, статуе и повадки звезды. Все это он проделал, не зная ни слова по-немецки.

Четвертой высотой стала Бразилия, куда он, устав от американского тура и европейской I жизни, выехал на гастроли. Бразилией Кейв начал бредить довольно давно, посмотрев старый фильм Гектора Бабенко, где главную роль играл Рамос де Сильва. Узнав об убийстве последнего, Кейв даже посвятил ему альбом «Tender Prey». В Бразилии он женился на красотке поклоннице, родил сына, записал прекрасный альбом и, по счастью, не ощутил ни малейшего желания заиграть босанову. Надо сказать, что португальский язык ему также не удалось выучить.

Заимствования Кейва

Если обнародовать список чужих песен, в разные годы оглашенных Кейвом, то легко подумать, что речь идет о классическом кавер-бэнде. В самом деле, этот список дай бог каждому прочесть хотя бы до середины. Надо сказать, что подобное провинциально-восторженное отношение к чужим рок-н-роллам (как ворчал в начале девяностых Егор Летов: «То, что по сусекам выскребали разные ники кейвы») он проволок через всю свою жизнь. Кейв таскал вещи у Джонни Кэша и Роя Орбисона, Тома Джонса и Алекса Харви, Вана Моррисона и Джина Питни, Фрэнка Синатры и его кровинки Нэнси, Bee Gees и Джина Винсента, Stooges и Лефти Фризелла, Нила Янга и Хендрикса, Лу Рида и Дилана — и в конце концов докатился до «Let It Be». Он выпустил один альбом, целиком состоящий из кавер-версий (блестящий «Kicking Against the Pricks»), но этого ему показалось мало, и он накатал «Murder Ballads», наполовину состоящий из чужих вещей. Естественно, как и подобает всякому уважающему себя чернокнижнику, он пел и «Fever», и «I Put a Spello on You» (но не обошлось, между прочим, и без «Sunny»). Армстронговскую «What a Wonderful World» он сперва исполнил с беззубым Шейном Макгоуэном, а потом повторил данный опыт с музыкантами The Flaming Lips. Кейву доводилось забираться и во французские дебри — он перепер на австралийский гинзбуровскую парадоксальную «Jet'aime...». Некоторые вещи влияли на него чересчур сильно — так, записав в юности кавер-версию «These Boots Are Made for a Walking», он надолго сохранил любовь к неприличным сутенерским штиблетам. Несмотря на обильный мужественными гормонами вокал, далеко не всякая песня подходила ему идеально. Я бы выделил совершенную версию «Plain Gold Ring» из репертуара Нины Симоне. Ник сделал очень удачную версию «Лавины» Леонарда Коэна. Последний отозвался о содеянном весьма тепло, сообщив, в частности, что для человека, вообще не умеющего играть на гитаре (Имелся в виду Бликса Баргельд. - М. И.),— это большое достижение. Кейв несказанно хорош, когда мурлычет народную «All the Pretty Little Horses» на одноименной пластинке дарк-фолк-конгломерата Current 93. «Как это вас угораздило с ними записаться?» — спросили однажды у него. «Дэвид Тибет мой друг, — ответствовал Ник. — Не смог отказать другу». Кейв чтил традиции, как Уголовный кодекс — и это придавало ему особенный шарм; так он скорее напоминал пытливого беспризорника с тягой к грамоте. «При этом ему всегда нравились пожившие, заматерелые люди», — вспоминал музыкант Роланд Ховард. Так, Кейв боготворил Элвиса его последнего «лас-вегасовского» периода, когда король вконец обрюзг и полуразложился под гнетом наркотиков, да и просто жизни. Кейв с годами и сам обрел статус наставника, правда, несколько странного свойства (см. приятный фильм «Джонни-Замша», где Ник сыграл совершенно бобруйского рокабилли-гуру с неописуемым выбеленным коком, а поучал он там, ни много ни мало, Бреда Питта). Потом он и вовсе превратился в нечто среднее между лектором и чтецом-декламатором, выпустил несколько пластинок в жанре spoken word, приемам которого его в свое время обучила пухлая экстремистка Лидия Ланч, о которой чуть ниже.

Зависимости Кейва

Не видевший большой разницы между Элвисом и Иисусом, Кейв словно бы выиграл некий тендер на Покаяние, став главным богословом пост-панка (на основании детских посещений церковного хора) и усугубив это дело романом про ослицу и ангела. Библейские коллизии, аллюзии и просто детские слезливые страхи заполонили собой почти все классические пластинки Кейва. Именно безбожно распедалированная ветхозаветная стезя выделяла Кейва из десятков тощих красавцев в приталенных пиджачках и со следами деланного вырождения на лице. Именно эта выстраданная поучительность и бесконечные заклятия на Библии придавали объем и вес его невротическим построениям. Вышесказанная одержимость, впрочем, совершенно не мешала ему клеить в Берлине коллажи из порнооткрыток и икон. Певец в равной степени и инкубов, и суккубов (см. песню «Kiss Me Black»), Кейв пил, торчал и не скрывал ни того, ни другого (единственное, чего он не признавал, — это марихуана). Во времена лучших гастрольных туров он с шести утра начинал хлестать дикую смесь из «Кровавой Мери» и сырых яиц, чем однажды шокировал начинающую группу Die Haul Чуть не на всех ранних фотографиях его сопровождает объемистая бутылка «Смирнофф». Но основными его привязанностями стали героин и speed. Уже в 1978 году он заметил, что колоть героин значительно эффективнее, нежели нюхать либо курить. Худосочный Кейв сиживал в камере, полеживал в клинике, поигрывал револьвером, перевозил героин в гитарных чехлах, не трусил, по отзывам очевидцев, в ножевых драках. Несмотря на общий рахитичный вид, Кейв знал определенный толк в боксе, и на концертах Birthday Party кровь зрителей нередко проливалась в изрядных количествах. Однажды Кейв избил ногами, спрыгнув со сцены, трех расфуфыренных французов, которые крикнули ему из зала что-то неподобающее (как ему тогда показалось, ибо французского, как и немецкого, и португальского, он также не выучил). Раз Кейв выступил совсем уж омерзительным образом: целя в скинхеда микрофонной стойкой, он в угаре промахнулся и сломал нос невинной девушке, за что, впрочем, едва не был прибит вышибалами заведения. Журналисту Джеку Бэррону он в процессе (довольно развязного, признаем, интервью) расшиб о голову стакан. Потом, правда, немедленно перед ним извинился. Потом, правда, немедленно наподдал ему ногой в живот. Занятно, что, несмотря на все пройденные лечебницы, Кейв, по всей видимости, до сих пор не упускает случая разговеться как следует.

Женщины Кейва

Несмотря на то что в глазах мирового сообщества он навсегда останется человеком, плескавшимся в одном водном павильоне с австралийской Дюймовочкой Кайли, бывали у Кейва в жизни альянсы и поинтереснее. На первом месте, конечно, Анита Лейн — блистательная певица и муза Кейва, проведшая с ним самые дикие годы, начиная с Австралии и вплоть до его отъезда в Бразилию. Она уходила, приходила, однажды сбежала от Ника в Америку с одним политическим обозревателем, но, в конце концов, именно под ее звездой прошли кейвовские восьмидесятые, и именно ее светлый образ украшает собой заднюю обложку классического альбома «From Her to Eternity». Своеобразной же антимузой Ника стала Лидия Ланч, звезда течения no wave и страстная поэтесса. «Мы с Ником расходились решительно по всем пунктам, — со смехом вспоминала Ланч. — Ник был такой тихий и застенчивый, и я со своими дикостями, конечно, не могла ему подойти». Ланч углядела в Кейве своего героя — он и впрямь здорово напоминал ее олигофренического вида партнеров по экстремально-поэтическому порно (режиссуры Ричарда Керна). Однако если Лидия делала ставку на секс, то Кейву с лихвой хватало героина. Он как-то не стремился воплощать ее художественные фантазии (как правило, то был неприятный секс в неподходящей обстановке) в жизнь и уходил в романтический отказ, чем порой сильно бесил гранд-даму ноу вейва. Однажды они писались для какой-то телепередачи. Лидия сказала: «В Америке я величина». Кейв возразил: «Так в Америке и я величина!» Лидия разозлилась: «Ты, миленький, величина разве что у себя в башке!» Раздосадованная Ланч вообще относилась к нашему герою довольно покровительственно: «При мне он трижды передознулся до полусмерти. Я ему говорила — еще один раз, и я тебя спасать не стану, я не нянька, в конце-то концов. Понимаете, мне нужен был адреналин, а ему — ему, разумеется, героин». Последней основательной музыкальной историей Кейва стал его горячительный дуэт с Пи Джей Харви в самой середине девяностых. Что до собственно семейных обстоятельств, то человек, бьющий женщин ногами, пять лет как женат во второй раз и растит двух близнецов — Артура и Эрла. Жену звать Сюзи Бик, ее можно лицезреть в фильме Роберта Олтмана «Высокая мода». Есть, впрочем, еще один сын, Люк, — от первой, встреченной еще в Бразилии жены, кудрявой fashion-красавицы по имени Вивиан Карнейро.

Русские сезоны Кейва

Имя Ника Кейва было контрабандой занесено на русскую землю в киноленте с двойным дном по имени «АССА». Был 88 год, соловьевский фильм посмотрели миллионы, однако лишь единицы расслышали сквозь хохот «Козлодоева» и грохот «Перемен», как Африка-Бананан, тыча в стену, талдычит: «А это Ник Кейв, певец мой любимейший». На той стене действительно красовалась физиономия Н. К. года примерно 85-го. «АССУ» тогда чихвостили все кому не лень за вопиющее неправдоподобие в изображении музыкантского быта. Но никто, впрочем, так и не указал на странное: чтобы в брежневские времена ялтинский юноша вешал на стену Ника Кейва (характерно, что в кинчевской музисповеди «Меломан» 1985 года никакой Кейв и близко не упомянут). Вскоре в СССР появились первые гулкие копии «Неба над Берлином» Вима Вендерса, где растрепка Кейв предстал во всей красе своих опиумных парадоксов: «Я не собираюсь петь вам про девушку — сейчас я спою вам песню про девушку». Троицкий протащил его записи на первую радийную и вторую телевизионную программы, и к 91-му году он являл собой уже конченый культ. Кейв, пожалуй, был последним романтическим рок-героем советской эпохи (он и еще, пожалуй, Уэйтс). Кейв попал в странный зазор: перестройка уже кончилась, а рейв (в шнуровском понимании слова) еще не начался. Для плохо информированного русского мира начала 1990-х годов Кейв стал титаном мысли и кое-каким авторитетом, — но то не была еще всенародная любовь. К середине 90-х (в связи с гранджем, рейвом и общей эмоциональной нестабильностью) его благополучно подзабыли, и вот тогда, в 1996 году Ник Кейв написал балладу про то, как упоительны дикие розы. И если на заре девяностых он был своим для легко возбудимых и переменчивых юношей, то после «Роз» в него, словно в журнал «Вог», поверили уже и безграничные русские женщины.

Максим Ильин
Rolling Stone – Russia,
сентябрь, 2004

0-9# A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z РОССИЯ